Несколько лет назад «Носорог» запустил Школу издательского дела — образовательный проект, посвященный независимому книгоизданию. Издатели, дизайнеры, редакторы, переводчики, юристы и специалисты по дистрибуции рассказывали о том, как сегодня создаются книги и работает издательский процесс. Книга «Я — издатель» стала финальным этапом Школы издательского дела.
Сборник, основанный на лекциях Школы, рассказывает о том, как устроен издательский процесс сегодня, и предлагает набор практических знаний и инструментов для тех, кто хочет создавать книги самостоятельно.
В пяти разделах последовательно раскрываются все этапы создания независимого издательства: от выбора финансовой и юридической модели до работы с авторским правом, типографиями, дистрибьюторами и книжными магазинами.

Руководство будет полезно будущим издателям, которые хотят выпустить свою первую книгу, студентам филологических и полиграфических специальностей, а также всем, кому интересно, какой путь проходит книга от рукописи до читателя.

Фрагмент опубликован с разрешения издательства «Носорог»:

Проблема пиратства

Часто в контексте электронных книг обсуждается вопрос пиратства. Обычно издатели объясняют это тем, что люди просто любят получать все задаром. При этом получить печатную книгу бесплатно значит ее украсть, а вот скачать бесплатно цифровую версию — даже не наказуемо. Распространять по закону нельзя, но за скачивание никаких санкций нет, во всяком случае, в российской юрисдикции.

Говоря о пиратстве, стоит иметь в виду несколько моментов.

Первое: издатели занялись электронными книгами гораздо позже, чем на рынке сформировался спрос на них. В России легальные продажи цифровых книг стартовали в 2007 г., но потребность в них возникла раньше — с появлением устройств, на которых можно было их читать. Конечно, все это было далеко от идеала, часто требовало умений и навыков использования разных программ и настроек, но сам спрос уже сформировался.

На Западе это заметили: например, компания Mobipocket начала выпускать электронные книги для чтения с наладонных компьютеров. Пока издатели обсуждали проблему пиратства и думали, как подступиться к производству, на рынке уже начали появляться новые игроки и стала формироваться культура чтения и обмена цифровыми книгами, и все это было в серой (точнее сказать, даже в черной) зоне авторского права.

Второе: в самом начале ассортимент магазинов электронных книг был очень небольшим. Amazon в 2007 г. выходил на рынок с 15 тыс. наименований, а сейчас по разным оценкам торгует более чем 12 млн книг. Даже на российском рынке сегодня основные дистрибьюторы предлагают сотни тысяч цифровых книг. Но читатели не могли ждать все эти годы, они хотели читать — в том виде и на тех устройствах, которые были у них в тот момент. Это, опять же, та потребность, которую издатели не смогли удовлетворить с самого начала.

Проблема ассортимента до сих пор остается довольно болезненной, особенно это касается переводных книг. Издательство покупает права, издает книгу в печатном виде, потом думает об электронном варианте, а в договоре на приобретение лицензии ничего об этом не сказано. Соответственно, нужно обновлять договор, может быть, еще платить аванс. По цифровым книгам нужно вести отдельный учет, отчитываться перед правообладателем — это дополнительная нагрузка на бухгалтерию. У издателя свои проблемы, но читатель об этом не знает, и если выходит новая интересная переводная книга, которой нет в электронном виде, не стоит удивляться тому, что через какое-то время она появляется у пиратов.

Третье: экономические потери от пиратства, по всей видимости, преувеличены. На эту тему есть разные исследования: например, британская аналитическая компания Kantar Media¹ изучала поведение людей, потребляющих цифровой контент (в опросах приняли участие свыше 21 тыс. респондентов). Один из главных выводов: три четверти (74%) всех нарушений авторских прав в интернете совершают всего 2% пользователей. При этом на их долю приходится 32% по объему и 40% по расходам легально потребленного цифрового контента. В среднем пираты тратили как на электронный, так и на физический контент существенно больше, чем лояльные пользователи, принося, таким образом, свои деньги в том числе издателям.

Это наблюдения подтверждает и крупнейшее американское издательство компьютерной литературы O’Reilly, которое выкладывало многие свои книги онлайн². Было обнаружено незначительное (или вообще не обнаружено) снижение продаж печатных книг, которые были доступны для покупки в интернете. Это наблюдение позволило владельцу издательства Тиму О’Райли сформулировать интересный вывод. По его словам, пиратство — это своего рода прогрессивное налогообложение, которое может срезать несколько процентных пунктов с продаж известных авторов («может», потому что даже эта точка зрения не доказана) в обмен на существенные выгоды для гораздо большего числа людей, для которых повышение внимания к их произведениям может привести к увеличению доходов.

Таким образом, резюмирует О’Райли, пиратство — это вмененный налог на рекламу, а безвестность — гораздо бóльшая угроза для авторов и творческих людей, чем нелегальное скачивание и распространение.

Когда в 2012 г. правительство США закрыло крупнейший файлообменник Megaupload, исследователям из университетов Мюнхена и Копенгагена удалось подсчитать, как это сказалось на продажах билетов в кинотеатрах³. Выяснилось, что закрытие ресурса практически не отразилось на блокбастерах, зато фильмы с небольшими рекламными бюджетами ощутимо пострадали. Произошло это из-за резкого уменьшения числа зрителей, которые скачивали фильмы и делились о них своим мнением — и это была значительная часть аудитории малобюджетных, независимых фильмов, для которых известность ограничивается в лучшем случае показами на локальных фестивалях. Согласно другому исследованию⁴, проведенному в США, закрытие ресурса даже привело к увеличению легальных продаж на 6,5–8,5%, так как пользователи, потерявшие привычный источник бесплатного контента, начали покупать фильмы в Сети.

Допустим, я скачал книгу, прочитал, а потом рассказал о ней своим друзьям и знакомым. И после этого кто-то решил скачать ее, а кто-то купил легально. Мы знаем, что примерно в половине случаев решение о том, что читать, принимается по чьей-либо рекомендации. Собственно, именно поэтому соцсети — очень эффективный инструмент в продвижении, ведь это не навязчивая реклама, а советы людей, которым мы доверяем.

Владимир Харитонов, исполнительный директор
Ассоциации интернет-издателей

Когда в России приняли законы, которые позволили блокировать доступ к сайтам, оказалось, что это не дает заметного эффекта. Посещаемость ресурсов, попавших в черный список, сократилась, по разным оценкам, на 40–50%, но не упала до нуля. И на продажах электронных книг в России это почти не сказалось. Книготорговцы в частных беседах говорят о том, что принимаемые меры дают скорее моральный, политический эффект, но сколько-нибудь заметных экономических выгод не приносят.

Защита книг от копирования

В США и европейских странах бóльшая часть книг продается с защитой от копирования (DRM)⁵. Например, если пользователь, купив книгу на Amazon, захочет скопировать ее и отправить кому-либо еще, он не сможет этого сделать технически.

Система защиты книг есть и у компании Adobe: с ее программным обеспечением работают разные сервисы и программы (в России — «Литрес» для некоторых книг). Сервисы MyBook, «Яндекс Книги» и тот же «Литрес» используют свои собственные приложения, которые обеспечивают своего рода нативный DRM, аналогичный инструменту Amazon.

Менее распространенный, но при этом не менее эффективный вариант защиты — Social DRM (или мягкий DRM). Например, английское издательство Verso предлагает пользователям перед покупкой электронных книг зарегистрироваться в их системе. После регистрации и покупки читатель обнаружит внутри книги пометку, что она принадлежит именно ему. Такая маркировка предостерегает от отправки изданий другому пользователю или загрузки в файловое хранилище лучше, чем прямой запрет.

При всем этом DRM для издателей — скорее форма успокоения, чем реальная защита, ведь ее довольно легко обойти с помощью программ по дешифровке. Стоит исходить из того, что большинство читателей, покупая книгу, не планируют распространять ее нелегально и что читатель — это обычный человек, который сознательно выбирает легальную покупку. Он понимает, что его деньги поддерживают издателя и автора. Таким образом, взаимное доверие между всеми участниками процесса оказывается более ценным активом, чем технологическая защита от копирования.

1. High volume infringers analysis report, 2013. https://web.archive.org/web/20130914025506/http://stakeholders.ofcom.org.uk/market-data-research/other/telecoms-research/high-volume-infringers/ ↩︎
2. O’Reilly, Т. Piracy is progressive taxation, and other thoughts on the evolution of online distribution. https://clck.ru/3RPFaw ↩︎
3. Peukert, C., Claussen, J., Kretschmer, T. Piracy and Box Office Movie Revenues: Evidence from Megaupload. International Journal of Industrial Organization, 2012. ↩︎
4. Danahera, B., Smith, M. Gone in 60 Seconds: The Impact of the Megaupload Shutdown on Movie Sales. International Journal of Industrial Organization, 2013. ↩︎
5. DRM (Digital Rights Management) — комплекс технических средств и технологий, предназначенных для контроля над цифровым контентом и управления доступом к нему, ограничения его несанкционированного копирования и использования и защиты авторских прав. ↩︎