fbpx

Смена

Рубрики
Контекст Рупор

Как наука потеряла статус культурного гегемона

В «Смене» продолжается цикл «Anything goes. Четыре дискуссии о гегемонии науки», который ведут философы Самсон Либерман и Михаил Хорт. Они рассматривают разные философские взгляды на проблему научного знания —обсуждают его границы, критерии, универсальность и многое другое. В преддверии третьей встречи цикла Либерман — доцент кафедры социальной философии КФУ, автор телеграм-канала «Локус» — написал для «Рупора Смены» его манифест, в котором рассказывает как место науки заняли медиа, почему знание это власть и причем здесь капитализм.


Просветители любят повторять всякие штуки вроде «знание — сила!», «ученье — свет!» и т.п. Только наука — это не единственная форма «знания» и «ученья». Все знают, что она исторически не первая форма культуры, но ведь она и не самая последняя. Наш цикл именно про то, как наука теряет сегодня статус культурного гегемона, уступая лидерство рекламе и медиа.

Об этом свидетельствует как минимум тот факт, что наука сегодня вынуждена «подшиваться» к медиа. Раньше реклама и массмедиа пытались использовать авторитет науки в собственных целях, приглашая всевозможных экспертов, создавая липовые академии наук и одевая актеров в белые халаты. Сегодня происходит обратное — наука сама вынуждена рядиться в одежды блогеров и рекламщиков (чему наш цикл и конкретно этот текст является примером).

Так получилось, что конкретные формы культуры крепко связаны (а может быть и детерминированы) с конкретными формами жизни тех или иных человеческих сообществ или этапов истории. Учебники истмата подробно и аргументировано выстраивают зависимость религии от феодализма, философии — от греческих полисов и т.п. Если попробовать подобным образом взглянуть на науку, то ее «базисом» окажется капитализм.

Рубеж XVI-XVII — это время становления раннего капитала, его главное стремление — рост производительности труда, и вообще рост всего (таблеток мне от жадности, да побольше). Именно поэтому в становление капитала одинаково хорошо вписываются и либеральные революции (вроде Великой Французской) и социалистические утопии, (вроде Города Солнца и, собственно, Утопии). И те и другие направлены на повышение эффективности. Тотальный обмен — главная характеристика капитала. Чтобы обмен был эффективен, его участники должны быть как равными, так и свободными.

«Равенство мнений!», «Свобода высказываний!», и все это ради обмена знаниями. Те же капиталистические ценности обмена лежат и в основе классической науки. Наука — это своеобразный рынок знаний, и чем эффективнее на нем совершается обмен, тем лучше. Но кроме открыто постулируемых ценностей вроде свободы и равенства, наука имеет в своем основании и другие не столь «одобряемые» ценности капитализма, вроде редукционизма, бюрократии, колонизаторства и т.п. 

Последнее проявляется ярче всего, наука основывается на классической дихотомии субъекта и объекта, где объектом может выступить абсолютно все, а позиция субъекта узурпирована белыми цисгендерами конкретными группами и институтами. Наука дает капиталу инструмент для колонизации. Другой рассматривается как объект исследования, который должен быть препарирован, записан в табличку и изолирован. Исключительно в исследовательских целях, конечно. Это хорошо видно на примере этнологии и антропологии, но также работает и в судебно-медицинских практиках, тюремно-исправительных и маркетологических. Scientia potentia est. Знание — не столько сила, сколько власть.

Главным символом научного прогресса долгое время был, а может быть и остается, космический полет. Спутник, Гагарин и прочие «маленькие-большие шаги» вплоть до колонизации Марса Илоном Маском — это ценностные или даже фантастические проекты. Они не имеют (или почти не имеют) под собой никакого практического смысла, кроме как утверждение ценности колонизации. «Мы покорим тебя, Марс!» А зачем? Да что тебе плохого Марс/Эверест/Прекрасная дама сделали?

Но дело не в том, что наука плохая, потому что она капиталистическая. Наоборот — наука плоха, потому что она недостаточно капиталистическая: капитализм пошел дальше, наука осталась позади. Наука была нужна для трех вещей: для расколдовывания мира и уравнивания всех объектов друг с другом (чтобы Петр I мог переплавить колокола на пушки), для создания идеологических оправданий колонизации (ради светлого будущего и прогресса), для автоматизации процессов и разделения труда (чтобы вы работали даже дома). Но первый процесс завершен, а второй не требуется: идеология сегодня может обойтись (уже обходится) без науки.

К тому же, у Капитала появились другие интересы, например в начале XX века оказалось, что произвести товар как можно дешевле (технологичнее) легче, чем этот товар сбыть. Наука попыталась решить эту задачу, организовав исследования потребительских привычек, и маркетинг поначалу действительно строился как наука. Экономика, социология, психология и прочие получили тогда мощный толчок к развитию. Но вскоре оказалось, что создавать потребности гораздо эффективнее чем изучать их. А это принципиально иная задача, с которой наука справиться по определению не может.

Реклама, в отличие от науки, работает не с символическим порядком знания (того, как есть или того, как должно быть) а с воображаемым (то, что я хочу). В этом смысле она оказывается гораздо ближе к искусству, поскольку занимается созданием воображаемых миров. Отсюда это замечательное слово «криэйтор», который, как известно, не совсем творец, но что-то около. Хотя, конечно, реклама будет долго еще прикрываться наукой и ее авторитетом.

Но люди сегодня верят даже не рекламе, они верят блогерам и локальным медиа (подписывайтесь, кстати, на наш канал!). Рекламу можно назвать экономикой желания или либидинальной экономикой, поскольку она занимается индустриальным производством наших грез и фантазий. Сегодня же наряду с ней работает еще и экономика внимания, которая производит просмотры, лайки, упоминания и т.д. Разница между криэйтором и блогером довольно тонкая, но она есть. Например последний всегда имеет четкую, иногда даже радикальную позицию по любому поводу. Блогер создает собственную, уникальную (таргетированную и сегментированную) аудиторию, в то время как криэйтор создает массовую.

Именно к последней пытается подшиться сегодня наука, потому что здесь снова можно иметь позицию, говорить о правде и лжи, и воевать с Другими. Этот симбиоз науки и медиа породил новое просвещение, которое уже вполне себе самостоятельная, но небольшая, индустрия. И нынешняя ситуация с масками, прививками и QR-кодами показывает, насколько эта индустрия пока уступает по своему влиянию науке XIX. 

(на обложке — работа художника Tima Radya)

Рубрики
Место События

Garage Screen: дискуссии

После показов фильмов фестиваля Garage Screen в субботу и воскресенье состоятся дискуссии об инклюзивности с участием казанских экспертов. Вход на дискуссии свободный.

20 ноября, суббота, 19:00

Показ фильма «Кодекс фриков»

В своем киноэссе «Кодекс фриков» режиссерка Саломе Часнофф обращается к истории репрезентации инвалидности в голливудском кинематографе, взяв за отправную точку легендарную картину Тода Браунинга «Уродцы» и обсуждая дальнейшие прецеденты с активистами, исследователями и кинематографистами. 

После фильма: дискуссия «Ничего о нас без нас – репрезентация minorities в медиа и кино».

Ничего о нас без нас – это лозунг, который используется международным движением за права людей с инвалидностью (“Nothing about us without us”), и, пожалуй, доходчивее всего описывает главный принцип инклюзии. Предлагаем обсудить, как этот принцип освещается в фильме. Какие из поднятых в нем проблем актуальны для российского контекста? Где граница между обобщением опыта и репрезентацией?

Участники: Надежда Дунаева — актриса Творческой инклюзивной студии «Э-моция», Преподаватель международного танцевального проекта BodyWise Dance (США), Инесса Клюкина — руководитель, актриса Творческой инклюзивной студии «Э-моция», Неля Суркина — художественный руководитель, режиссер Творческой инклюзивной студии «Э-моция». Модератор: Алина Жекамухова – сотрудница отдела инклюзивных программ Музея «Гараж», волонтер интеграционных проектов для детей с ментальными особенностями.

21 ноября, воскресенье, 16:00

Показы «Искусственные вещи» и «Дети Айседоры» 

Британская документалистка Софи Файнс по-новому интерпретирует перформанс Люси Беннетт «Искусственные вещи» при участии труппы «Стопгэп», состоящей из танцоров с инвалидностью и без нее. А француз Дамьен Манивель в своем поэтическом оммаже Айседоре Дункан запечатлевает различные трактовки одного и того же танца «Мать», в том числе репетиции Манон Карпантье — молодой танцовщицы с синдромом Дауна. 

Искусственные вещи

До того как прийти в кино, Софи Файнс была менеджеркой танцевальной труппы авангардного хореографа Майкла Кларка. Но затем она вернулась к танцу в короткометражном фильме «Искусственные вещи», снятом с оглядкой на другого художника, с которым сотрудничала, — режиссера Питера Гринуэя. Ее картина — это документация и новая интерпретация одноименного танцевального перформанса Люси Беннет, руководительницы инклюзивной труппы «Стопгэп». Оригинальный перформанс обрел такую известность и собрал столько наград, что стал предметом изучения во многих британских средних школах. 

После показов: дискуссия «Искусство как инструмент эмансипации или реабилитации?»

Тема дискуссии: Искусство как инструмент эмансипации или реабилитации?

Может ли танец предложить новые представления об инвалидности, которые бы оторвались бы от медицинских представлений о “нетрудоспособном” и “дефектном” теле? Насколько этичны коллективы, собираемые по признаку инвалидности? Что первичнее – мастерство или наличие уязвимости? Возможно ли воспринимать искусство вне контекста, особенностей автора/исполнителя?

Участники: Анжела Фатхуллина — куратор школы «Инклюзион», Надежда Дунаева — актриса Творческой инклюзивной студии «Э-моция», Преподаватель международного танцевального проекта BodyWise Dance (США), Инесса Клюкина — руководитель, актриса Творческой инклюзивной студии «Э-моция», Дарья Муратова — куратор инклюзивных проектов Музея-заповедника «Казанский Кремль», Ильдар Алекбаев — танцевальный артист, хорограф, педагог по сценодвижению и пластике в инклюзивном театре «ИНКЛЮЗИОН». Модератор: Алина Жекамухова – сотрудница отдела инклюзивных программ Музея «Гараж», волонтер интеграционных проектов для детей с ментальными особенностями.

Рубрики
Место Смена События

Показ короткометражек Moscow Shorts

3 декабря в 19:00 в «Смене» состоится ежемесячный показ фильмов-победителей международного фестиваля «Moscow Shorts ISFF», где будут представлены шесть коротких фильмов из Франции, Германии, России, Турции и Сингапура. Фильмы демонстрируются на языке оригинала с русскими и английскими субтитрами. Купить билет

Программа показа фильмов-победителей
Moscow Shorts Ноябрь 2021


Deus Ex Machina/Бог из машины (2021)


Молодой человек отправляется на поиски своего биологического отца. Найдя его, он обнаруживает, что его отец вовсе не сбежал, как ему всегда говорили. На самом деле он страдает от очень малоизученного заболевания — прозопагнозии, неспособности узнавать лица. Даже если бы он постоянно встречал своего сына на улице, то не смог бы его узнать. И все же, несмотря ни на что, в итоге отец и сын сумеют помочь друг другу.

Режиссер: Ланглуа Джесси
Страна: Франция
Продолжительность: 20:15

Ветер (2021)

Он живёт посреди огромного поля, в переоборудованной мельнице, конструктор воздушных змеев. Тем не менее ветер словно избегает этого места каждый раз не доходя до дома. Ждать, или как-то найти решение? Ведь без ветра смысла нет.

Режиссер: Андрей Кацуба
Страна: Российская федерация
Продолжительность: 06:00

Сегодня последний день (2021)


Денни и Айви — владельцы крупнейшего в Южной Азии бизнеса по продаже киноафиш. Их магазин в Эспланаде, историческом здании в заливе Марина-Бэй в Сингапуре, насчитывает шестнадцатилетнюю историю. Начавшаяся в 2020 году эпидемия COVID-19  нанесла серьезный удар по розничной торговле, однако зародившийся в итоге тренд совершения покупок в интернете подарил им новые идеи. Видя, что их онлайн-бизнес идет в гору, они решили не продлевать контракт с Эспланадой, чтобы снизить эксплуатационные расходы и суметь пережить этот сложный период. Впереди у них — последний день работы. Им предстоит перевезти все, что они накопили за эти 16 лет и попрощаться с физическим магазином, который они создали своими руками. В последние дни они вспоминали все события, которые здесь произошли, а в самый последний день их посетили незабываемые, ошеломительные воспоминания обо всем, что помогало им расти и развиваться. Ну а поток новых и старых клиентов, друзей и бывших сотрудников, пришедших попрощаться, весь день не давал им скучать. Их последний день на Эспланаде был идеальным.

Режиссер: Нельсон Лю Ихон
Страна: Сингапур
Продолжительность: 21:03

Мертвая зона (2020) 


Элис, необщительная девушка с повышенной чувствительностью к электричеству, живет в одиночестве в мертвой зоне, расположенной глубоко в лесах Северной Германии. Но внезапно её отшельнический образ жизни нарушает секс-работница Люсия, решившая поселиться на границе безопасного пространства Элис вместе со своим лавмобилем.

Режиссер: Карен Вюрер
Страна: Германия
Продолжительность: 28:50

Где-то еще (2020)


Главная героиня отправляется в путешествие по местам, которые напоминают ей о прошлом. Женщина вспоминает свою несчастную любовь и пытается оставить эти воспоминания позади.

Режиссер: Сильвия Кубус
Страна: Германия
Продолжительность: 06:00


Школьный автобус (2019)


Небахат, учительницу около 20 лет, отправляют работать в деревенскую школу в Анатолии. Там она узнает, что её ученикам очень тяжело добираться в школу — им приходится просить трактористов их подвезти или же пользоваться любыми другими доступными средствами. Она просит Министерство Образования предоставить им автобус, но без водителя автобус бесполезен. Тогда она решает стать водительницей и возить своих учеников сама. Вот только есть одна проблема — она не умеет водить!

Режиссер: Рамадан Килич
Страна: Турция
Продолжительность: 14:01

Купить билет

С 15 ноября для посещения «Смены» нужен QR-код. Если вам меньше 18 лет, вы должны быть в сопровождении совершеннолетнего, у которого есть QR-код. Количество билетов ограничено.

Рубрики
Книги Рупор Смена

Книга недели: переписка Варвары Степановой и Александра Родченко

К Зимнему книжному фестивалю-2020 мы издали книжную серию «Кустода»: несколько сюжетов, связанных с историями гениев места Казани. Одна из книг — переписка великих художников-конструктивистов Варвары Степановой и Александра Родченко 1914-1916 годов. Это практически единственное свидетельство их любви, ведь в разговоре с близкими они об этом редко упоминали, а официально поженились только в 1941-м. Оба они писали в анкетах, что познакомились в Казанской художественной школе.

Сейчас в «Смене» открыта экспозиция «Кажется, будет выставка в Казани», названная по цитате из письма Александра Родченко. Сегодня публикуем несколько отрывков из этой переписки.

Книга доступна бесплатно в нашем книжном магазине.



А. Родченко – В. Степановой.

Казань
20 марта 1915 г.

Варя!

Прежде всего на меня напала лень… Никуда не хожу, ничего не делаю… Читаю Жуковского, Фофанова, Пушкина.

У брата родился мальчик, они радостны!
Мама целые дни занята, готовится к празднику.
Брат работает, Яков бегает к Лизетте. Сей же сочинитель сидит целые дни читает, мечтает…

Вечер… Что-то уснуло в душе, тихо и странно…
Слышутся звуки рояля, навевающие грусть…
На днях начинаю работать. Да, я нашел что писать
и если я сумею то, что думаю, то это будет очень ново и дерзко. Я освобожу живопись (даже футуристическую) [от того], чему она до сих пор рабски придерживается.
Я докажу свои слова. Я предпочитаю видеть необыкновенно обыкновенные вещи и т. д. Эту идею я осуществлю. Нашел путь единственно оригинальный. Я заставлю жить вещи как души, а души как вещи… Я найду грезы вещей, их души, их тоску о далеком, их сумеречную грусть.
Я найду в людях вещи… Людей заставлю умереть для вещей, а вещи жить. Я людские души вложу в вещи
и вещи станут душами…

Я заковал свою душу, я сплю… Ваш Родченко.

***

В. Степанова – А. Родченко. Москва – Казань.
Апрель 1915 г.
Александру Михайловичу Родченко. Москва. Каретно-Садовая, д. 1.

Я мечтала о тебе вчера всю ночь…
Всю ночь мне снилось твое гибкое бронзовое тело…

Я видела тебя королем необъятного царства, Где в безднах загорались твои желанья…
И мне показалось, как вчера, так давно, что

Я не знаю всей тайны твоей души…
И никогда не узнаю… Ты приподнимаешь Край завесы из звезд, где таится твоя душа.

Я затрепещу, и мнится мне, что уже знаю много… Но это не то… Рождается новая тайна в душе…
И я опять не знаю… И опять очарована,

Я вновь сегодня очарована…
И вновь трепещу при мысли о свидании… И приду вся радостная и счастливая…

И буду так дорожить каждым взглядом твоим… Ты сегодня был так ласков, так нежен…
О, как умеешь ты любить… Одним взглядом.

Самым маленьким словом…
Я сегодня опьянялась звуками твоего голоса… И все было ново и пленительно…

И хотелось, увитой жасмином, быть твоей… Ах, как пьянят твои глаза… Леандр, ты волшебник…

Ты – жизнь моя… Ах, нет, не то…
Еще дороже, еще больше…
Пусть любовь моя зацветет, как голубой тюльпан,

Как белый лебедь, чиста и прекрасна… Моя душа раскрылась для тебя…
Ах, возьми меня всю без конца…

Я хочу умереть от любви… Ведь тогда ты поверишь мне…
О, радостный цветок, ты расцвел! Нагутатта.

***

А. Родченко – В. Степановой.
Казань – Кострома.
17.4.15


На уголке конверта я буду писать номер письма, посланного в Кострому… Получила ли мое заказное письмо? И почему молчишь?

Я встаю в 9-м часу и пишу маслом до 5-ти – 6-ти вечера. Но душа стала дьявольской, адские кошмары навевают динамические желания в живописи и я творю, к ужасу всех, свои варварские вещи.

Будешь ли ты еще любить меня, если я весь отдался [футуристической] живописи? Меня мучает твое молчание!..

Я теперь здесь один со своими вещами. Кажется, будет выставка в Казани. Я к ужасу всей Казани выставлю свои вещи…

Мне не скучно, я работаю, я безумствую, я неистовствую!.. Пиши скорей, жду счастья еще не виданных чар.
В тишине сумерек я протягиваю губы свои, чтоб ты целовала их.

Ты совершеннее всех. Как млечную ночь я люблю тебя. О, как я не знал твоего имени раньше.
О, Нагуатта!
О, скорей мне нужно письмо твое!

Где оно? Где?.. Жду… Жду…

Л. О.

***

В. Степанова – А. Родченко.
Москва – Казань.
Май 1915 г.


Закрылась дверь… Долго, долго стояла на лестнице… Особенно чувствовала твои последние поцелуи… Стало очень больно в сердце…

Ты мне так близок, так люблю тебя… только тебя…

Леандр, я не смогла быть хладнокровной. Я не могла больше улыбаться… я плакала… Долго плакала и не хотела уходить…

Бродила по улицам, было холодно…
На душе еще холодней без тебя…
Не могла идти домой… Одна… Ты там высоко, высоко… Чуть блестит свет в твоем окне… А я одна…

Кричала от боли и тянулась к тебе…
Муж мой, муж мой…
Такое сладкое слово… Ты любишь меня!..
Опять мы разлучены… Как мало мы были вместе

и как долго в разлуке… Расстаться весной, когда любить тебя так радостно, какая жестокость…

***

В. Степанова – А. Родченко. Москва – Казань.
31 августа 1915 г.


Ты давно оборвал свои песни…

Ты не хочешь больше быть влюбленным… И смешными тебе кажутся мои песни…

В безумстве своих красок,
В бесконечности своих плоскостей.

Поет величественные гимны Твоя Душа…

Мое маленькое сердце так же любит, Так же трепещет и страдает,

Как в первый день нашей любви… Что-то невыразимо нежное и хрупкое

Я сберегла для тебя за бесконечную ночь Разлуки…

И тогда, вчера я страдала, Что не каждую секунду

Я вижу тебя… Нагуатта.

***

А. Родченко – В. Степановой. Казань – Кострома.
1915 г.

Осень…

Целый день работаю, много рву. Но на душе тишина… покой… Нет! Новые вещи, непохожа Анта, не ее лицо…

Твой взгляд узок и я не ожидал его таким…
И нет, ты отбрось ревность и помни, что я твой,
а искусство мое и в него один, больше не забраться…

Отгадай, каков рисунок, краски…

Теперь я занялся графикой, но в ней нет человеческих лиц, в них нет ничего… В ней мое будущее. Я нынче сотворил чудовищные вещи… Я буду соперником Пикассо
в обладании дьявола… И посмотришь…

Осень…

Ну, как же будем жить? Хорошо бы где-нибудь подальше от центра, рублей за 25 найти две небольших комнаты, хотя бы одну теплую…

Нынче я намерен с промежутками месяца два,
три поработать в мастерской, а по настроению больше дома.

Сумерки. В моей голове мелькают планы о работе. Ах, Нюра, Нюра.

Мне нужно годик рисовать старые лапти и гнилой картофель…

Нагуатта, слышишь!
Я один, один…
Тишина. На столе начатая графика

«Отношение шара к плоскостям, падающим с левого края»… Нагуатта… Я один, как само безумие…
Целую, целую, всю, всю.
Леандр.

***

В. Степанова – А. Родченко.
Ноябрь 1916 г.


Анти, я не знаю, куда ты уехал в этот раз, долго ли еще не буду тебя видеть…
Я ждала, ждала вчера и сегодня тебя целый день, было два дня праздника, завтра мне надо рано уходить, и я не знаю, что мне делать, вдруг ты опять приедешь, а я уйду…

Сегодня такой чудный вечер, так тепло, так хорошо гулять, а ты где-то трясешься в вагоне, а я жду, жду тебя в комнате, как в склепе…

Так прошло все лето… И осень, зима… война… О, когда конец…
Анти, милый, ты сердишься на меня…
В письмах ты мне ничего не напишешь

и так редко пишешь… Где ты?

Я что-то придумала, приедешь – расскажу, писать это очень долго и трудно все объяснить…

О, как я измучилась без тебя…
Я рада, что тебе понравилась фуфайка…
Денег достала в магазине, о деньгах не беспокойся… Все-таки мне очень тяжело…
Не писала тебе вчера, потому что было ужасное настроение. Не читай зачеркнутое!
Как грустно без тебя…
Как мы разошлись с тобой в субботу, почему так все делается, как нарочно, надо же было мне уйти на какие-нибудь 10 минут раньше!

Целую, целую и люблю еще больше… Пиши чаще.
Варя.

Центр современной культуры «Смена» благодарит Александра Лаврентьева за предоставленные материалы, опубликованные в книге.

Ранее тексты публиковались фрагментами в книгах «Человек не может жить без чуда» Варвары Степановой, «Опыты для будущего» Александра Родченко. В рамках настоящего издания предпринята попытка опубликовать все имеющиеся письма с 1914-го по 1916 год.

Книга вышла к Зимнему книжному фестивалю «Смены» в Национальной библиотеке Республики Татарстан 12-13 декабря 2020 года.

При поддержке Министерства культуры Республики Татарстан

Рубрики
Место События

Концерт экспериментальной электроники: Corell, meowfield, контрольные отпечатĸи

13 ноября в 19:00 в Центре современной культуры «Смена» состоится концерт, приуроченный к открытию выставки «Кажется, будет выставка в Казани». Музыĸанты, работающие с неĸонвенциональным материалом — импровизация, полевые записи, генеративная музыĸа — представят пост-жанровые работы на стыĸе эмбиента, ĸлубной музыĸи и саунд-дизайна. Билеты здесь.

В концерте примут участие три представителя эĸспериментальной электронной сцены:

Corell


Проект Романа Кутнова, музыканта, саунд художника и сокуратора музыкальной части выставки. Богатые на текстуры композиции Corell балансируют между обволакивающим эмбиентом, полиметрическими битами и экспериментальным техно.

meowfield

Молодой проеĸт казанского музыканта Даниса Гаязова, впервые поĸазавший себя на сцене осенью 2021 года. Музыку meowfield можно охарактеризовать жанром техно, тем не менее огромное значение в ней играет импровизация и спонтанность.

контрольные отпечатĸи


Проект фотографа и музыканта Мартина Мухаметзянова «контрольные отпечатĸи» отсылает к истории плёночной фотографии, эстетике короткометражных фильмов и экспериментам с полевыми записями.

Рубрики
Выставка Место Смена

«Кажется, будет выставка в Казани»

Групповая выставка «Кажется, будет выставка в Казани», в которой участвуют 22 казанских художника и музыканта. Купить билет.

«Кажется, будет выставка в Казани», — пишет в 1915 году вольнослушатель Казанской художественной школы Александр Родченко своей возлюбленной Варваре Степановой. В 2021-м эта фраза озаглавит первый в истории современной Казани масштабный экспозиционный проект, призванный вывести на первый план молодых представителей локальной художественной сцены. Обладая большим потенциалом, казанские художники пока не известны громкими именами и участием в крупных коллективных выставках, они не объединены в единое комьюнити.

Раньше проекты местных авторов возникали здесь короткими вспышками, теперь же они станут постоянной составляющей выставочной политики «Смены», а новая выставка —  первый шаг в этом направлении. В дальнейшем «Смена» также займется продвижением казанских художников и интеграцией их в российский и мировой художественный контекст.

В проекте «Кажется, будет выставка в Казани» принимают участие 17 художников и 5 музыкантов, каждый из которых вносит посильный вклад в образ современной казанской культуры. У них разный бэкграунд (кто-то преподает искусство в Москве, кто-то выступает на крупнейших техно-фестивалях Европы) и разный профессиональный опыт (для кого-то выставка в «Смене» является дебютной), они работают с разными медиа от живописи и фотографии до саунд-арта и инсталляций и живут в разных городах, но по-прежнему отождествляют себя с Казанью.

Работы художников располагаются не только в выставочном зале «Смены», но займут все здание. Они  буквально повсюду — от лестничных пролетов до полок книжного магазина — и сложатся в полноценную среду обитания, полностью погружающую зрителя в местный художественный контекст.

Участники выставки: Зуля Алиева, Алиса Гулканян, Стася Ибрагим, Надя Кимельяр, Ваня Лимб, Фокс Малдер, Анастасия Морозова, Аврора Родина, Зухра Салахова, Алиса Сафина, Дарья Скрипаль, Дима Смородин, Иван Урбан, Саша Шардак, ПТУ, Ellina Gennadievna, Zakary Tuktarov, Hermitart, Klotho & Innapau, Kobw, NEJI201

Куратор: Алексей Масляев. Заведующий сектором по научно-методической работе образовательного отдела Московского музея современного искусства (ММОМА), куратор Фонда поддержки современного искусства Cosmoscow.

Сокуратор музыкальной части: Роман Кутнов. Композитор и саунд-художник родом из Казани, сейчас живет и работает в Москве. Экс-участниĸ проеĸтов NRKTK, 62 Miles From Space, Nole Plastique. Работает сольно, а таĸже в ĸоллаборациях с художниĸами, хореографами и театральными режиссерами. В 2017 году основал проеĸт Corell, посвященный эмбиенту и эĸспериментальной элеĸтрониĸе. 


Дизайн: Анна Наумова и Кирилл Благодатских — дизайнеры «Смены», авторы нового фирменного стиля Центра. Их портфолио состоит из создания дизайна для множества знаковых ярмарок и фестивалей, музеев и издательств. Среди проектов: международная ярмарка современного искусства Cosmoscow, Московского музея современного искусства ММОМА, Московской биеннале современного искусства и др

Проект осуществляется «Сменой» совместно с архитектурной студией Bespoke Architects при поддержке Фонда «Живой город» и Министерства культуры Республики Татарстан. Патрон выставки — Элина Сафарова, руководитель студии Bespoke Architects.

Для посещения «Смены» нужен QR-код. Если вам меньше 18 лет, вы должны быть в сопровождении совершеннолетнего, у которого есть QR-код. 

Рубрики
Место Смена События

Garage Screen Film Festival 2021

Garage Screen Film Festival — ежегодный фестиваль кинопрограммы Garage Screen Музея современного искусства «Гараж». В этом году программа посвящена этике и политике инклюзии — практике, направленной на создание равных условий участия в жизни общества для людей с разным бэкграундом. Программу покажут на двух площадках: большинство фильмов — в Центре современной культуры «Смена», а фильм «Звук металла» — в кинотеатре «Мир».

Билеты

17 ноября в 19:00
Кинопоказ «Остров Эллис» и «Море в огне»

«Остров Эллис»

C конца XIX века через остров Эллис проходил самый большой поток иммигрантов в США. Призраки иммигрантов до сих пор населяют заброшенные больницы, учебные аудитории и комнаты ожидания, вновь и вновь воспроизводя унизительные процедуры медосмотра, фотографирования и классификации. Актеры практически не разговаривают. Их языком становятся танец и жесты, а сама черно-белая съемка подражает немому слэпстику. Переключаясь между черно-белыми портретами мигрантов и изображенными в цвете толпами любопытных туристов, которые бродят по Эллису в настоящее время, режиссеры создают своего рода палимпсест о заброшенном, но неутихающем месте.

Фильм демонстрируется на английском языке с русскими субтитрами.

Режиссеры Мередит Монк, Боб Розен
США, 1982. 28 мин. 16+

«Море в огне»

Размеренная жизнь на острове Лампедуза за последние десятилетия претерпела невероятные изменения. С давних времен соседи Самуэле жили морем, но вот уже 20 лет этот остров служит «вратами» в Европу, куда в поисках свободы и лучшей доли спешат сотни тысяч тех, кто бежит от войн, дискриминации, социальных потрясений и стремится к призрачному счастью в чужой стране. Премьера картины состоялась на Берлинском кинофестивале 2016 года, где фильм был удостоен главного приза — «Золотого медведя». Впоследствии лента также получила премию Европейской киноакадемии и была номинирована на «Оскар». 

Фильм демонстрируется на итальянском и английском языках с русскими субтитрами.


Режиссер Джанфранко Рози
Италия, 2016. 114 мин. 16+

20 ноября в 19:00

Кинопоказ «Кодекс Фриков»

В своем киноэссе режисерка Саломе Часнофф обращается к истории репрезентации инвалидности в голливудском кинематографе, взяв за отправную точку легендарную картину Тода Браунинга «Уродцы» и обсуждая дальнейшие прецеденты с активистами, исследователями и кинематографистами.

«Кодекс фриков» — откровенный интерсекциональный разговор об инвалидности, расе и сексуальности, который разоблачает всевозможные стереотипы: «волшебных негров» («Зеленая миля») и «волшебных карликов» («Гарри Поттер»), красивых и беззащитных незрячих женщин («Мгновение ока») и обладающих сверхсилами слепых мужчин («Сорвиголова»), а также повсеместное отсутствие хэппи-эндов для персонажей с инвалидностью.


Режиссер Саломе Часнофф
США, 2020. 68 мин. 16+

21 ноября в 16:00

Кинопоказ «Искусственные вещи» и «Дети Айседоры»

«Искусственные вещи»

До того как прийти в кино, Софи Файнс была менеджеркой танцевальной труппы авангардного хореографа Майкла Кларка. Но затем она вернулась к танцу в короткометражном фильме «Искусственные вещи», снятом с оглядкой на другого художника, с которым сотрудничала, — режиссера Питера Гринуэя. Ее картина — это документация и новая интерпретация одноименного танцевального перформанса Люси Беннет, руководительницы инклюзивной труппы «Стопгэп». Оригинальный перформанс обрел такую известность и собрал столько наград, что стал предметом изучения во многих британских средних школах.

Фильм демонстрируется на английском языке с русскими субтитрами и сопровождается тифлокомментариями для слабовидящих.

Режиссерка Софи Файнс
Великобритания, 2018. 26 мин. 6+

«Дети Айседоры»

В 1913 году создательница современного танца Айседора Дункан пережила трагическую утрату. Машина с двумя ее детьми и гувернанткой утонула в Сене. В 1921 году Дункан посвятила своим детям пронзительный танец «Мать» на музыку Скрябина. Спустя столетие четыре француженки — три танцовщицы и знаменитый хореограф — изучают партитуру «Матери». Одна подбирает для него уместную интонацию, стараясь не эстетизировать травму, две других — преподавательница и ученица — его ставят, а последняя наблюдает за его исполнением из зрительного зала. За свой изящный и завораживающий фильм о танце и преемственности француз Дамьен Манивель получил приз за лучшую режиссуру на международном кинофестивале в Локарно.

Фильм демонстрируется на французском языке с русскими субтитрами и сопровождается тифлокомментариями для слабовидящих.


Режиссер Дамьен Манивель
Франция, Южная Корея, 2019. 84 мин. 18+

24 ноября в 19:00

Кинопоказ «Совершенно нормальная семья»

У 11-летней датчанки Эммы совершенно нормальная семья: старшая сестра Каролина, мать Хелла и отец Томас. Когда Хелла ошарашивает дочерей новостью о разводе, Томас вынужден признаться, что причиной тому — его трансгендерность, и просит обращаться к нему по новому имени Агнете. И если Каролина достаточно быстро привыкает к тому, что теперь у нее две матери, то для Эммы процесс принятия осложнен беспокойным периодом полового созревания и «неженским» увлечением игрой в футбол. Премьера режиссерского дебюта датской актрисы Малу Рейман состоялась на Роттердамском кинофестивале 2020 года.

Фильм демонстрируется на датском и английском языках с русскими субтитрами.


Режиссер Малу Рейман
Дания, 2020. 93 мин. 18+ 

27 ноября в 18:00

Кинопоказ «Париж в огне»

После переезда в Нью-Йорк в 1985 году 23-летняя выпускница Йеля Дженни Ливингстон по воле случая погрузилась в мир драг-балов — мероприятий, организованных латино- и афроамериканскими гомосексуалами и трансперсонами. Занимающие фундаментально непривилегированное положение в повседневной жизни участники балов переодеваются в стереотипные наряды различных социальных групп, зачастую стоящих выше них по классовой лестнице, стремясь «сойти» за «своих» и достичь так называемой realness — не буквального совпадения, а скорее комичной убедительности, сатирического правдоподобия. Они исполняют вог — вычурный танец, базирующийся на модельных позах и подиумной походке. На протяжении шести следующих лет Ливингстон снимала этапный фильм, чья значимость как исторического документа и способа организации будущих поколений ЛГБТК+ людей неоценима. В 1991 году «Париж горит» (другой вариант названия — «Париж в огне») был показан на кинофестивале «Сандэнс», где получил гран-при жюри, и в Берлине, где был удостоен премии в области квир-кино «Тедди».

Фильм демонстрируется на английском языке с русскими субтитрами.

Режиссер Дженни Ливингстон
США, 1990. 78 мин. 18+ 

28 ноября в 16:00

Кинопоказ «Оазис»

«Оазис» сербского режиссера Ивана Икича — жесткая минималистичная драма в духе братьев Дарденн и румынской новой волны о любовном треугольнике в интернате для молодых людей с особенностями интеллектуального развития. Актеры-дебютанты Марьяна Новакова, Тияна Маркович и Валентино Зенуни — люди с особенностями в развитии.

После определения в специнтернат девушка по имени Мария (Марьяна Новакова) пытается бежать. Попытка заканчивается провалом, но героиня находит подругу в лице своей соседки по комнате — такой же вспыльчивой и свободолюбивой Драганы (Тияна Маркович). Внимание обеих девушек приковано к их полной противоположности — тишайшему и не произносящему за весь фильм ни слова Роберту (Валентино Зенуни). Когда одна из них беременеет от него, Мария и Драгана не только начинают войну, соревнуясь в проявлениях любви, но и попадают под пристальное внимание врачей и санитаров, озабоченных нежелательной для интерната беременностью. Премьера второго фильма серба Ивана Икича состоялась на Венецианском кинофестивале 2020 года, где картина был отмечен призом ассоциации Europa Cinemas.

Фильм демонстрируется на сербском языке с русскими субтитрами.

Режиссер Иван Икич
Сербия, Нидерланды, Словения, Босния и Герцеговина, Франция, 2020. 122 мин. 18+

16 ноября в 18:30 в кинотеатре «Мир»

Кинопоказ «Звук металла»

Купить билет

Рубен (Риз Ахмед), барабанщик в метал-дуэте и бывший наркоман, начинает терять слух. Лу (Оливия Куку), девушка Рубена и по совместительству вокалистка группы, беспокоится за его здоровье и опасается, как бы он вновь не начал употреблять наркотики. Поэтому она уговаривает Рубена поселиться в шелтере для глухих бывших наркопотребителей. Там ему предстоит пройти курс адаптации под руководством Джо (Пол Раджи) — бывшего алкоголика и ветерана Вьетнамской войны, чья методика подразумевает полную изоляцию от внешнего мира, поиск внутреннего спокойствия и обучение жестовому языку. Рубен соглашается остаться, но на самом деле продолжает жить в отрицании и хочет только одного — сделать кохлеарную имплантацию, чтобы воссоединиться с Лу и снова выступать на сцене.

Фильм демонстрируется на английском, французском и американском жестовом языках с русскими субтитрами.


Режиссер Дариус Мардер
США, 2019. 120 мин. 18+ 

Рубрики
Рупор Смена

Книга недели: «В Индии»

Книгой «нерабочей недели» выбрали новинку издательства книжного магазина «Циолковский»: роман немецкого писателя Вальдемара Бонзельса. Галлюциногенное путешествие в джунглях, описанное в экспрессионистских тонах: молодой человек из Германии начала XX века в компании верных слуг-индийцев, вооружившись книгами, блокнотами, сигарами, ружьём, пробковым шлемом, красивейшим авторским стилем и чувством юмора—двигается по джунглям Индии, теряя направление и переживая опасности и невзгоды. Это первое переиздание книги на русском языке за сто лет.


По направлению к северу тёмные береговые скалы внезапно обрывались, и дальше, насколько хватал глаз, вдоль берега широкой бухты белел песок. Пальмы часто спускались почти до самой воды, в особенности там, где они росли по течению небольших ручьёв. Вблизи посёлка виднелись на песке, выстроенные в ряд, лодки туземцев, а дальше простиралась безмолвная ширь, как бы нарочно созданная, чтобы притягивать к себе впечатлительную душу.

Я часто лежал там и, зарывшись в песок, сбрасывал с себя бремя ненужных мыслей. Радостно было слушать голос моря, который, казалось, господствовал над всем миром; весело было смотреть на бесконечные, равномерно и мягко набегавшие волны, словно лёгкий ветерок колебал туго натянутую бледно­голубую ткань; беззвучно вздыма­ясь, они бросались с торжествующим шумом на терпеливый берег и рассыпались широкой искрящейся полосой. Это повторялось без конца — сколько могли вынести предавшиеся сонному созерцанию чувства, потому что море не знает времени.

В его голосе нет ни надежд, ни обещаний, ни любви, ни угроз, ни порицаний. Природа моря не имеет ничего общего с нашей, и когда мы пытаемся ближе его узнать, в нас пробуждается лишь какое-­то счастливое беспокой­ство; нас возвышает его беспредельность, потому что всё огромное вселяет в нашу душу предчувствие грядущей свободы. У моря нет масштаба для наших прав и обязанн­остей, как у земли, которая нас носит и кормит, и чья судьба родственна нашей. Поэты редко понимали море: они только описывали его, а может ли по описанию постигнуть неизмеримую мощь и свободу моря тот, кто никогда его не видел? Лишь в мистически окрашенной душе великого, опьянённого божеством мечтателя Апокалипсиса, блес­нула пророческим светом истина о существе моря, когда среди его бесконечных видений ему явилось тысячелетнее царство, и он сказал про море, что его уже нет. В этом прозрении заключено глубокое ощущение моря, которое не проклято, как земля, и не подчинено никакому суду, никаким возвратам или переменам.

У моря нет также ни малейшего сходства с душой че­ловека, как утверждают люди, не знающие ни моря, ни человеческой души; чуя в последней что­-то бездонное, они пришли к мысли, что душа должна быть так же глубока, как океан. Это — очень легкомысленный вывод; единственное сходство между душой и морем — то, что тут и там иногда долго ловишь и ничего не можешь поймать.

Однажды я нашёл на берегу несколько больших морских черепах, которые лежали на спине, раскрывая и закрывая свои пасти от жажды. По следам босых ног, отпечатавшимся в виде лаврового венка вокруг них на песке, легко было догадаться, что животные приняли такое положение не добровольно, и что эта жестокость была вызвана какими­то человеческими намерениями.

И я, действительно, заметил коричневого индусского мальчика, который, завидев меня, удрал под деревья; от великого почтения ко мне он даже влез на самую верхушку пальмы.

Черепахи, ограниченные таким образом в свободе своих движений, были предоставлены медленной смерти в лучах безжалостного солнца; такой конец для них особенно мучителен, потому что будучи извлечены из своей стихии, они не погибают так же быстро как рыбы, а проявляют на суше упорную живучесть. И в самом деле, вид у них был весьма плачевный, а у некоторых безобразная на редкость голова уже свисала безжизненно вниз на морщинистой шее, напоминавшей сухую и потрескавшуюся резиновую кишку. С большим трудом я перевернул тех из них, кото­рые казались мне ещё достаточно жизнеспособными для продолжения своего существования; но они качались как пьяные, и добрались до воды только тогда, когда я пока­ зал им дорогу. Они уплывали быстро и взволнованно, стараясь как можно скорее нырнуть в воду, в очевидном недоумении, происходит ли всё это наяву или мерещится им в лихорадочном бреду солнечной смерти.

Впоследствии я узнал, что туземцы нарочно приводят черепах в такое положение, чтобы их умертвить, зная, что встать на ноги собственными силами они не могут. Таким способом индусы добывают ценные черепаховые пластинки, избегая непосредственного убийства живот­ ных, что им запрещено и противоречит их убеждениям. Черепахи — рассуждают они — умирают при этом по воле богов, а люди остаются непричастными к их смерти; кроме того, раз сами боги не переворачивают животных, значит они согласны предать их смерти для пользы людей.

В результате моего поступка я окончательно испортил свои отношения с каннанорскими охотниками на черепах, потому что мальчик, оказавший мне такое почтение, следил со своей наблюдательной вышки за всеми моими действия­ ми и поспешил рассказать об этом в городе.

На берегу я видел также множество раков и разнообразной морской мелюзги. Иногда я наблюдал, как вдоль ручьёв спу­ скались крысы, чтобы разузнать, не принесло ли море новых трупов или не вырыло ли их из песка. В Малабаре есть секта, которая хоронит своих умерших от чумы членов в прибреж­ ном песке. Для этого обыкновенно выбирают песчаные отмели или острова, но часто находят следы таких могил и на берегу.

Однажды я свёл знакомство с большой мухой, у которой было только одно крыло, по-­видимому, она собиралась провести на берегу остаток своих дней. Я лежал на песке и курил, следя за ней глазами. Она выбирала наиболее круглые светлые и горячие камни и предпочитала, как мне казалось, белые. Посидев немного на таком камне, она нацеливалась на другой и пыталась достигнуть его полётом, больше похожим на прыжок; но в результате она попадала на какой-­нибудь третий камень, так как отсутствие крыла мешало ей соблюдать правильное направление.

В таких случаях она сначала с недоумением осматри­валась кругом, но потом примирялась со своей стран­ной судьбой, направлявшей её не туда, куда ей хотелось. С несколько огорчённым, но отнюдь не раздражённым видом, она старалась ориентироваться в той местности, куда она попадала, и — в конце концов, солнце светило ведь и здесь — оставалась сидеть в лучах горячего света перед поблёскивавшей водой.

Я возымел некоторую симпатию к этой мимолётной подруге моего одиночества на морском берегу. Ведь и моя жизнь сложилась ненамного лучше; в сущности, нам обоим надо было только немного солнца. Я стал рассказывать мухе, как я смотрю на жизнь, а так как она не обращала на меня внимания, то я начал бросать в неё маленькими камешками, которые весело перекатывались по спинкам своих круглых тысячелетних братьев и благодушно позвя­ кивали. Несмотря на то что большинство этих камешков было отлично отшлифовано морем, я взял один их них в тёплую руку и стал его заботливо полировать.

«Ты ещё недостаточно кругл, малыш», —сказал я и бро­сил его назад в воду, чтобы прибой пошлифовал его ещё одну или две тысячи лет. Тысячелетия беспокоили меня так же мало, как один день. Но этот камень, может быть, не забудет меня; ведь, с ним, наверное, ещё не случалось, чтобы кто­-нибудь из бренных людишек им заинтересовался и позволил себе вмешательство в его вековую жизнь.

Море внушало мне лёгкие приятные мысли, то незначительные, то серьёзные, но никогда меня не угнетавшие. Оно дарило меня мечтами, забвением и сновидениями, которые то реяли вокруг меня в светозарном раскалённом воздухе, то улетали прочь вместе с дуновением морского ветерка. Люди — все те, кого я когда­то знал и видел, — расплывались в мерцающем эфире все-бытия, куда­-то меня уносившем, без чувств и без сознания. Даже любовь становилась для меня в эти минуты далёким воспоминанием.

Ни скука, ни дурное настроение не тревожили мой дух. Жизнь была для меня безукоризненно чистым сосудом, наполненным светлым крепким вином веселия чувств и радостной жажды бытия. Я понимал жителей этой стра­ны, этих детей солнца, у которых нет других стремлений, кроме бесконечного наслаждения таким существованием и покорного подчинения великой смене зарождений и исчезновений, кроме бесстрастного созерцания преходящих земных благ. То, что служит для людей неблагородных причиной безучастности и упадка, преображается в ду­шах благородных, приводит их к глубокому откровению и заставляет их, в мудром смирении и самоограничении, безропотно сливаться с природой.

Иногда я давал смерти небольшой задаток в счёт её будущих прав, и засыпал на берегу; но голос морских вод уходил со мною и в тёмную спокойную страну. Этот монотонный свежий голос становился в моих снах блестящим, богатым и многообразным, и я узнавал столько чудес и сказаний о жизни мира, что мог бы наполнить ими целую книгу. Но было что-­то в мудрости морской воды, что удерживало меня от этого глупого намерения.