Смена

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в pinterest
Поделиться в telegram

«Живое прорастает в трещинах системы»

Арт-директор организации VOLUMES Анн-Лор Франшетт о культуре зинов и грядущем казанском проекте

«Смена» продолжает издательскую линию лабораторией малотиражной печати для писателей и художников при участии фестиваля VOLUMES (Цюрих), писательских курсов для женщин Write Like a Grrrl Россия (Казань, Москва), издательств No Kidding Press (Москва) и издательство TETI Press (Цюрих). Программа направлена на развитие горизонтальных связей между писателями, профессионалами, работающими с визуальными формами и производителями полиграфии. В рамках Зимнего книжного фестиваля организаторы презентуют весеннюю лабораторию и объявят open call для будущих участников. В рамках проекта они создадут зины и выпустят иллюстрированный сборник текстов в издательстве No Kidding Press.

Соосновательница Write Like a Grrrl Россия и No Kidding Press Светлана Лукьянова по просьбе «Рупора Смены» поговорила с швейарской художницей, исследовательницей и арт-директором организации VOLUMES Анн-Лор Франшетт о самиздате и грядущей коллаборации.

Ты занимаешься искусством. Какие вопросы тебе интересны прямо сейчас? Откуда ты черпаешь вдохновение?

Мне интересны отношения между природой и культурой, в частности, городской культурой. Живое находит место среди созданного руками человека, например, дикие травы вырастают посреди города там, где им заблагорассудится. Я вижу здесь связь с зинами, которые люди делают по своему желанию, бесконтрольно. Живое прорастает в трещинах системы. Я много работаю со строительными площадками. Мой отец работал в строительстве, для меня стройка интересна не только на физическом, но и на метафорическом, поэтическом уровне. Строительная площадка говорит о прошлом и будущем, а я смотрю на нее в настоящем моменте. Я использую утилитарные объекты и переосмысливаю их, создаю скульптуры и инсталляции. Через них я также исследую иерархии — отношения между физическим и умственным трудом, между прикладным и высоким искусством. Такие же связи я вижу между зинами и книгами, которые издают большие институции. Мне интересно, как иерархии проявляются в практиках людей.

Расскажи про VOLUMES (прим. — некоммерческая организация и коллектив, образованные в 2013 году в Цюрихе с целью поддержки местных и международных DIY художественных издательских проектов. Главной инициативой VOLUMES является одноименная ежегодная книжная ярмарка, которая проходит в Цюрихе в конце ноября и представляет продукцию локальных и иностранных независимых издательств, а также самиздат художников, использующих малые средства производства). Как издания попадают на фестиваль, какие из них больше всего интересны тебе?

Издания попадают к нам по нескольким каналам. Во-первых, через опен-колл, который мы проводим каждый год. Во-вторых, издатели, которые принимают участие в фестивале, привозят и представляют свои публикации на книжной ярмарке — книги, зины, артбуки, фотокниги и так далее. Также в VOLUMES принимают участие художники, которые так или иначе работают с печатными материалами. 

Кроме того, люди жертвуют издания в наш архив, и это весьма разнообразные экспонаты. Мы получаем много зинов, потому что их дешево производить и пересылать, плюс, в зин-культуре уже заложен механизм обмена контентом. Но нам присылают и артбуки, и монографии и другие издания.

Что предпочитаю лично я? Это сложный вопрос. Я стараюсь, чтобы мои личные вкусы не влияли на VOLUMES, хотя, конечно, этого нельзя избежать совсем, ведь я также занимаюсь кураторством. Я приглашаю художников и других профессионалов принять участие в ярмарке. Мне интересны интерсекциональный феминизм, деколониальность, коллаборации, образование, забота. Также — граница между искусством и активизмом, поэтому я люблю собирать разнообразные экспонаты, чтобы исследовать эту связь. Мне нравится, когда люди выражают через контент социальную вовлеченность. Еще одна тема — связь публикации с историей и памятью, «микроистория» — истории, которые мы не читаем в учебниках. Но я стараюсь, чтобы мой личный вкус не доминировал, ведь VOLUMES — это коллектив, и важно отметить, что такую же роль, что и я, в нем играют Глория Висмер и Патриция Маццей. 

В своей казанской лекции ты рассказала про то, как вы выставляете архив. Вы выбираете тему и подбираете книги и зины вокруг нее, обнаруживая новые связи между изданиями. Можешь привести пример?

Мы называем нашу коллекцию архивом, но технически он начался как нечто иное. Архив — это выборка, он делается с целью собрать и каталогизировать материалы. Наша коллекция же создалась благодаря опен-коллам, первый из которых мы объявили в 2013 году. Она состоит из публикаций, которые люди нам пожертвовали. 

Мы посмотрели на нашу коллекцию и задались вопросом, чего нам не хватает. Обнаружили лакуны и решили заполнить их, и мы продолжаем над этим работать.

Мы делали выставку публикаций о Цюрихе. Там были издания о социальном устройстве, архитектуре, истории, искусстве. Мы хотели погрузиться в смысловые слои города, который снаружи — не без оснований — видится одним из мировых финансовых центров. Но в прошлом Цюрих очень отличался, в 70-е в нем были студенческие и молодежные протесты, также раньше он ассоциировался с проституцией. Эти слои не очевидны для людей, которые, например, впервые посетили город. Также нам было интересно показать изменения в городе, влияние джентрификации.

Сейчас мы создаем новую секцию вместе с художницей Паломой Айялой и кураторкой Адрианой Домингез. Они обе приехали из Мексики, а сейчас базируются в Цюрихе. Мы работаем над проектом “MEXA!” — это собрание зинов из Мексики, которые посвящены феминизму, они изучают феминистские практики и дискуссии вокруг темы насилия над женщинами в Латинской Америке. 

Также российская ярмарка Deficit пожертвовала нам печатные материалы, и мы работаем над активацией и проработкой этой выставки, ожидаем подборку протестных зинов из Гонконга.

Есть ли в вашем архиве издания, которые могли бы проиллюстрировать тему нашей лаборатории — «Связь»?

Я думаю, что очень многие публикации посвящены связи, ведь большинство книг делаются не в одиночестве. Очень редкие издания создаются целиком одним человеком. Не всегда связь может быть указана в заглавии, но все книги, сделанные коллективом авторов, подходят под нашу тем. Например, книги издательства Les Presses Éditables всегда созданы в коллаборациях. И, конечно, мы можем выбрать отдельные экземпляры. Я уже начала работать над списком.

Участники нашей лаборатории будут делать литературные зины. Присылают ли их вам на VOLUMES? Что в них интересного?

Да, нам присылают поэтические и прозаические зины, но немного. В основном мы получаем графические зины, в которых не так много текста. Но в Цюрихе есть отдельный фестиваль Literaturfestival, и там больше такого контента. Грубо говоря, на VOLUMES скорее встречаются работы не профессиональных писателей, а художников, которые пишут. 

Я всегда завидую людям, которые могут делать визуальное. Мне кажется, гораздо проще завладеть вниманием человека, если ты показываешь ему не текст на белой бумаге, а что-то яркое, интересное. Поэтому мы и делаем эту лабораторию. Писатели не обязаны быть художниками, это отдельная профессия. Но они тоже могут принять участие в создании литературного зина по своему тексту благодаря коллаборации с художниками. К сожалению, культура литературных зинов в России пока не распространена широко. 

Я подберу и привезу на лабораторию примеры литературных зинов. 

Мы тоже покажем то, что есть в нашей коллекции. И мне бы хотелось, чтобы у наших участников получилось сделать индивидуальные проекты, основанные на их опыте и культуре, в которой они выросли. Мы будем изучать западные примеры, но делать свое. 

Но наш финальный продукт — книга, вернее даже две книги — на двух языках. В чем могут быть сложности в превращении зинов в книгу? И это ведь будет не книга художника, а обычная книга, скорее всего, черно-белая, с жесткими рамками в смысле формы.

Да, в результате нам придется отредактировать зины. В 80-90-е годы на Западе был период, когда издатели заинтересовались зинами, они публиковали их в виде книг. Мы не будем делать то же самое, что они, конечно, но мы изучим их опыт. Будет здорово оставаться в процессе на связи с авторами, но в любом случае нам придется взять на себя лидирующую роль в создании книги. Иначе будет практически невозможно закончить проект. Дизайнеры издательств и мы, организаторы, будем принимать основные решения. 

Но это же тоже часть опыта. Когда издательство нанимает иллюстратора, у него нет полной творческой свободы. Всегда есть дизайнер, которые решает, что нужно нарисовать, как расположить текст и иллюстрации. И мне нравится, что наша лаборатория дает два опыта — опыт большой свободы в зине и опыт отпускания материала, доверия дизайнеру, которому нужно сделать эстетически цельную книгу.

Мы все участники этого процесса. Конечно, мы организаторы, мы будем продюсировать процесс, редактировать материалы, направлять участников. Но мы также принимаем участие в этом эксперименте.

Что ты принесешь в нашу лабораторию? 

Наш проект, как я вижу его, — это коллаборационный проект о коллаборации. И я одна из участниц этой коллаборации. Я попробую создать связь между нашими мирами, принесу издания из архива VOLUMES, свой опыт, знания, желание работать вместе и создать совместные объекты. 

Ярмарка Volumes

Каков твой опыт работы в коллаборациях? Всегда ли они продуктивны? Что важно для хорошей коллаборации? 

В Европе и Америке в художественных школах студентов побуждают быть соло-художниками, есть миф о гении-одиночке. Я не верю до конца в идею индивидуальной работы. Мы никогда не работаем в одиночестве. Мы работаем со своей идентичностью, с социальным бэкграундом, в конце концов, с другими людьми.

Для меня коллаборации в группах, где ты не выбираешь участников, были очень полезными, хоть и сложными. Это выход из зоны комфорта. Тебе нужно искать компромисс. Нужно осознавать, чего ты хочешь, понимать, каковы твои ожидания и мотивы. А потом сообщить о них другим людям, быть открытой. При этом нельзя застревать в этих ожиданиях, нужно быть готовой к обмену. Коллаборация — о том, чтобы отпустить что-то, работать вместе. При этом важно сохранять пространство для идентичностей участников. 

Нужно много внимания, заботы, нужен диалог. Не всем людям это может даваться легко. Это процесс обучения. И порой результат не так интересен, как процесс. Но ты можешь взять полученное в этом опыте и применить его еще где-то и получить результат, которого желал. 

Да, наша цель создать пространство для комфортной и продуктивной коллаборации. Я бывала в школах и лабораториях, и не всегда коллаборации, которые там возникали, мне хотелось продолжить. Но порой эти связи выходили за пределы школы. Вот мы с тобой встретились на твоей лекции в Казани и теперь коллаборируем над проектом.

Но нас никто не заставлял, это просто случилось.

Думаешь, если бы нас заставляли, ничего бы не вышло?

Нет, но когда обстоятельства вынуждают тебя коллаборировать, это может ощущаться как навязывание. В этом случае нужно принять решение, что теперь ты часть команды, нужно открыться. И учиться в процессе. 

Сейчас в жизни я никогда ничего не делаю одна. И когда мне приходится делать что-то одной, я думаю, кого я еще могу позвать в этот проект. Как мы говорим в России, одна голова хорошо, а две лучше. 

В Вольюмс у нас три головы, а порой и гораздо больше. Мы разные, и именно поэтому мы хорошо работаем вместе. Это секрет успеха нашего проекта. 

Для меня наша лаборатория это еще и способ вернуть долг всем тем лабораториям, которые учили меня работать в группе, создавать комфортную среду для всех участников.

Это то, к чему нам стоит стремиться. На лабораторию приедут люди из разных мест, с разными опытами, разными социальными ожиданиями. Наша цель — дать им пространство для творчества и объединить их, построить связи. 

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в pinterest
Поделиться в telegram

«Неинтересная жизнь — это ад»

Об образовательной части фестиваля «Рудник» рассказывают его арт-директор Марина Разбежкина, куратор Школы документального кино Ольга Привольнова и куратор Школы документальной анимации Дина Годер.

Подробнее »

Оксана Мороз. «Некрополитика коронавируса в онлайн-репрезентациях: о работе смерти и (немного) памяти»

С разрешения издательства Института Гайдара мы публикуем статью Оксаны Мороз из коллективной монографии «Прощай, COVID?» под названием «Некрополитика коронавируса в онлайн-репрезентациях: о работе смерти и (немного) памяти».

Подробнее »